МосГорФото — Профессиональный центр фотографии
Школьный двор Школы России

Статьи

Переезд из Москвы на юг Франции

Опубликовано: 23.08.2018

видео Переезд из Москвы на юг Франции

Шторм в Европе: Париж и юг Франции затопило

Мы стоим на набережной старого порта в Марселе. За спиной — дома и трамваи, перед нами — море, но не так, чтобы манящие или бушующее, а городское, портовое, которым властвуют борт к борту пришвартованные суда и крикливые чайки. Вокруг люди, которые тоже не уступают чайкам и скорее настораживают, чем располагают. Я поднимаю голову и снова вижу всё то, от чего отвожу глаза: над нами возвышается зеркальный потолок Нормана Фостера, и найти себя в отражении получается не сразу.



Сверху все мы, очевидно, выглядим иначе.

Первое сентября. Начало учебного года — и в этот раз не только для детей, потому что мы приехали сюда не туристами, а жить. И кажется, что этот учебный год начался в феврале — именно тогда мы оказались в офисе фирмы, обещающей сопровождение при переезде за рубеж.


Главные мифы про жизнь во Франции[Лазурный берег и Париж]

— Куда? — лаконично спросила нас строгая Юля, и путь во Францию начал приобретать документальные очертания.

Разумеется, собрать все бумажки и отнести их в консульство может каждый. Но подать правдивые факты в правильном ракурсе — то бишь так, чтобы не получить отказа при запросе годовой визы визитёра, с первого раза способны немногие. Мы, по крайней мере, решили не рисковать.

Визитёр — это долгий и осторожный путь в новую страну. Она присматривается к тебе, ты — к ней, и у вас складываются (или нет) взаимоотношения. И, возможно, новая жизнь.

Чтобы стать визитёром во Франции, надо показать источник средств к существованию, убедить консульство в том, что он в ближайшее время не иссякнет, найти жильё, записать детей в школу и обосновать своё желание заложить такой крутой галс в своей судьбе.

Письмо про желание называется lettre de motivation, и писал его за нас парижский юрист Алексей. К тому моменту, как письмо оказалось в моих руках, французский я учила два месяца и делала это по самоучителю — но и этих знаний хватило, чтобы осознать: в моих руках — поэма.

Алексей писал, что жизнь идёт слишком быстро. Похожие дни несутся друг за другом — а ведь хочется осмысленности, и осуществления мечты, и освежения супружеских отношений… Да-да, в мотивационном письме было про любовь и стояли многоточия.

Юля не обманывала: Алексей действительно оказался крутым профи. А мы оказались в стране, где чиновникам могут быть небезразличны наши чувства. И где мы (ну я-то точно) начали искать себя в зеркальном отражении.

Молодец, я считаю, Норман Фостер.

И Юля с Алексеем.

Фонтан на площади Альбертас

Правда, на вопрос «почему Франция» отвечать теперь приходится самим.

— Почему не Швейцария? — допытывается живущая здесь же, в Экс-на-Провансе, Аня, тоже бывшая москвичка. Мы знакомимся с ней способом, современнейшим из возможных — в комментах у такого же, как я и она, гостя Республики.

— Почему не Германия? — поднимая бровь, изумляется Аньес, мама новой дочкиной подружки. Год назад они переехали в Экс из северного Руана (а север, даже и Франции — это для южан условный магадан и «лучше вы к нам»).

— Но почему всё-таки именно к нам?! — недоумевают гостеприимные провансальцы, разводя руками. На французском форуме о смене места жительства я прочла, что их отношение к чужакам — это еще один огромный минус переезда в благословенный Прованс. Второй, сразу после мистраля.

На ответы в духе «а сами-то вы что же» у меня не хватает пороху.

Ответ «чувства — это аргумент» мне тоже пока кажется сумасбродным. Но я всё же догадываюсь, что дело именно в них, в чувствах.

Аргументы неочевидны, зыбки и сотканы из воспоминаний.

Тишина и спокойствие долины Луары. Чистый прохладный воздух. Туман над водой. И чёткое ощущение, что природа здесь нежится, оттого что любима.

Тигриная грация парижского продавца с иссиня-чёрной кожей и белоснежными склерами. Он раскован и весел. Он — дома, и мне тоже немедленно хочется в этот дом. Я рассуждаю совершенно по-расистски (дескать, раз даже и его признали, то уж меня-то точно…), но пока ещё этого не осознаю.

Вспыхивающий в глазах французов — ненадолго, на время коротенького разговора — огонёк внимания и неподдельного интереса. И их легкий юмор, и эмпатия, и такт — мне этого не хватает, и я тоже хочу шутить так просто и необидно.

И тёплого хлеба по утрам хочу.

И научиться красиво завязывать шарф.

И вообще — хочу, и всё тут.

Разумеется, меня отговаривают.

— Они жуткие снобы, — горячится моя подруга Оксана. Она училась во Франции, и та, похоже, застряла у неё в сердце крошечной стрелой Амура — ни вытащить, ни позабыть. (Типичная, между прочим, история. Не исключено, что и вы сейчас читаете эти строки оттого, что с вами случилось что-то похожее:).

— Там, чтоб ты знала, — просвещает меня Оксана, — работает принцип одного горшка. Чтобы чего-то добиться, надо было сидеть на горшке с правильными людьми ещё в младенчестве. Они скажут одно, изобразят другое, а подумают третье. Ты ни с кем не поговоришь по душам. Там никому из иностранцев никогда не удастся сделаться своим.

— Ну и ладно! Всё равно я вижу себя во Франции. В Париже, например… — говорю я, уплывая от первоначальной запальчивости к мечтательности безнадёжно влюблённого человека.

— Ну да. Скажи ещё — в Экс-ан-Провансе! — фыркает Оксана, и мы идём пить французское вино к изобильному русскому столу, на время оставляя спорную тему.

Я не хочу ни для кого делаться своей и не люблю разговоров по душам, но — как знать — может быть, Оксана права. Переезд — дело серьёзное, и необходимо всё взвесить как можно тщательнее и разумней.

Но дивное «Экс-ан-Прованс» поселяется в моей душе тихим звоном серебряных колокольчиков, поющих так чисто и верно, что никакого сомнения быть не может: это песня про страну моей мечты.

А Вселенная, говорят, им не противится, если они никого не обижают.

Марсельский трамвай

Знакомая педиатр, которой я сетую, что во Франции дочка не болела совсем (в Москве болезням не видно ни конца ни края), прямо хоть бери да переезжай, идёт у Вселенной на поводу, иронично восклицая:

— Ну да. Прямиком на южный берег!

«Почему бы и нет?..» — думаю я. Но в ответ, конечно, молчу.

Беседу с Юлей мы начинаем с Парижа.

В ходе разговора выясняется, что там на одного арендодателя приходится по паре десятков семей претендентов, и на просмотр квартиры надо приходить как на собеседование при приёме на престижную работу. То есть при полном параде и с чистой шеей. Шею я мою регулярно, но на собеседованиях никогда не была.

Это ясно читается в моём взгляде, поэтому Юля звонит мне через пару дней и заходит издалека:

— Знаете, — вкрадчиво говорит она, — Алексей считает, что с Парижем будет сложно. Я просто хотела вам рассказать, что недавно отправляла семью в один город — там есть университет, и они едут учить в нём своего мальчика… Так вот, этот город на юге Франции называется…

«Экс-ан-Прованс», — понимаю я, чувствуя, как сходятся кусочки пазла. И она действительно это произносит.

— Знаю. Хочу, — отвечаю я уверено, ни разу в жизни в Эксе пока не побывав.

Даже если моя решительность и пугает Юлю, вида она не подаёт.

— Он белый, — по инерции продолжает она. — Это полная противоположность Марселю. Там совсем нет арабов.

Так в песне про хрустальную мечту появляются слова, которых, увы, не выкинуть.

А абстрактное желание жить во Франции получает прописку и делается чем-то более осязаемым, чем мечта.

И требует решительности: сразу после приезда мне нужно было записать сына в школу — самой, без парижского консультанта Алексея.

Проще всего записывать в школу детей до двенадцати лет. Не требуется вообще ничего, даже ребёнка — нужно просто назвать адрес (каждой коммуне или району города соответствует своя школа) и показать справку о прививках (российский прививочный сертификат с переводом всех вполне устраивает). И, если с адресом вам повезло (то бишь район неплох), началка тоже будет благополучной.

С детьми, которые по возрасту попадают в коллеж или лицей, всё сложнее.

Во-первых, в момент записи они должны присутствовать лично.

Во-вторых, учиться они будут на класс младше — если, конечно, не знают французского.

В третьих, если в городе есть специальный класс для иностранцев, ребёнка, скорее всего, запишут именно туда.

В нашем случае именно так и получилось: в мае, при поездке в Экс с консультантом, девятилетнюю дочку быстро записали в отличную коммунальную началку. Добряк-директор, похожий на артиста Леонова («Обратите внимание на его руки! — шепнул мне наблюдательный юрист, когда директор пошёл искать печать. — Как у крестьянина, правда?..»), внёс её имя в толстенный гроссбух и выдал об этом справку.

А тринадцатилетнего сына в коллеж со спецклассом записать только пообещали: в государственных коллежах для этого выделены несколько июньских дней. Даже информационное письмо об этом дали — что обещают записать. Хотя и не сразу, но дали. Отделаться от парижских юристов практически невозможно.

— Ну, бумаги для консульства у вас есть, — успокаивающим голосом сказал мне Алексей, когда мы вышли из прохлады стеклянно-бетонного куба на улицу, залитую майским солнцем, — а дальше разберётесь на месте. Хотите — приезжайте ещё раз в июне, хотите — решайте вопрос в сентябре, когда приедете всей семьёй.

Вот так и вышло, что в сына теперь, в сентябре, требовалось устраивать в школу самостоятельно.

На месте стало ясно, что расстояние, разделяющее школы детей, чересчур велико.

Как поступить следовало: пойти в коллеж по месту жительства, обьяснить ситуацию и настоять на записи. Но языковой барьер, но неуверенность, но липкий страх…

Как поступили мы: разумеется, по-московски. Если что-то не складывается — плати. Так сын оказался в частной билингвальной (англо-французской) школе.

Часы на ратуше Экс-на-Прованса

Есть ловушки для снов, такие цветные колечки с пёрышками. А есть ловушки для родительских страхов (или проблем). Персонально я оказывалась в них неоднократно, и в каждой из частных школ, где в разное время учились мои дети, первая встреча с директором — событие значительное, минимум на полгода оказывающее целительное действие на тревожные родительские души.

В этом смысле мадам Ян оказалась на высоте.

— Быть подростком — это тяжелое испытание, — хорошо поставленным голосом оповестила нас она, завершая длительное рандеву. Мы предсказуемо обалдели.

— И, если однажды ты почувствуешь, что тебе одиноко… Если вдруг тебе покажется, что родители совершили ошибку, переехав в другую страну, всегда помни: двери этого кабинета для тебя открыты! Всегда. — После такого проникновенного пассажа, обращённого к нашему сыну, мы с мужем приободрились (тоже предсказуемо, но паттерны не меняются). Психологический комфорт подростка стоит гораздо больше четырехсот пятидесяти евро в месяц.

Правда, в этой комфортной обстановке учить французский сын не торопился. Зато вывел свой средненький английский на недосягаемую (ну для меня, например) высоту, найдя отличного собеседника в лице эксцентричного британца Чарли. По хитрому плану мадам Ян, тот должен был на первых порах помогать сыну с переводом (то бишь трепаться на уроках им разрешено было официально). Другие дети в школе тоже оказались вполне себе англоговорящими, и через год мадам Ян с изумлением констатировала: ожидаемого психологического срыва не произошло. Как, впрочем, и прогресса во французском.

Поэтому коллеж пришлось всё-таки поменять, прихватив, разумеется, беглый английский, дружбу с Чарли и хорошие воспоминания.

Во французском есть слово parcours — история, жизненный путь, последовательность событий на определённом отрезке времени.

В отличие от сыновнего, дочкин parcours оказался жёстче.

В первый день в школе она не поняла ни слова, много раз собиралась всплакнуть и съела чужой обед.

Самая душераздирающая история вышла с обедом.

Милая англоговорящая учительница объяснила мне, что уроки закончатся в половине двенадцатого. Подушки, кастрюльки, всякая всячина — из магазина мы торопились как могли, но на десять минут всё-таки опоздали.

Решетчатые ворота школы оказались закрыты.

За ними стоял приветливый парень с ключами, при виде нас сделавший приглашающий жест и попытавшийся нас впустить — но из всего, что он произнёс, я разобрала только что-то похожее на ’обед’ и отрицательно замотала головой: нет, обедать в школе мы не планировали. Тихонько подошла дочка, и парень деликатно удалился, чтобы мы могли без помех провести военный совет.

— А что, уроки ещё не кончились? — спросили бестолковые родители.

— Похоже, что нет, — ответило храброе дитя.

— Ну ты держись, доченька, одноклассников. Видишь их?

— Да, вон они… Пошли куда-то.

— Ну и ты иди за ними, маленькая, иди…

И она, конечно, пошла.

Выяснив у внимательно наблюдавшего за нашей беседой парня (ну как-как… на пальцах!) время окончания уроков, усталые, но довольные пионеры повезли подушки домой. Чтобы — surprise , surprise! — получить звонок от Алексея. Давно не виделись же. Соскучились страшно.

Чего нельзя было сказать о парижском юристе.

— Звонили из мерии, — обошёлся он без предисловий, — и просили срочно заплатить за кантин. Да, в течение дня. Все остальные сделали это в июне. И вы там давайте, обзаводитесь уже телефонами, — посоветовал он, напоследок сжалившись и всё-таки пожалев нам удачи.

Что такое кантин, мы ещё не знали, но догадались, что это как-то связано с едой.

В мерии догадка подтвердилась: кантин — это школьное питание. В двухчасовой обеденный перерыв детей можно либо забирать домой (вот почему парень с ключами говорил про обед и махал руками), либо оставлять в школе, где их покормят и займут в оставшееся время.

Еда во Франции — это святое. Она должна быть заказана и оплачена заранее — до последней порции. И потому нашу девочку накормили едой, предназначавшейся мадам Маньян, одной из сотрудниц, ведающих кантином. О чём она не преминула нам сообщить в шутливой форме, похлопав себя по бокам: дескать, спасибо, что помогаете мне худеть.

— Спасибо, что берёте наличные вместо чека! — как могла, изобразила я в знак благодарности, видя, как сотрудники мэрии собирают по карманам мелочь, чтобы внести месячную сумму за кантин с точностью до сантима. Оплата производится исключительно чеком, и наличных расчетов в мэрии не ведут. Могут только помочь в частном порядке, видя, как нелегко даётся некоторым взрослым изучение французской жизни методом полного погружения.

В отличие от детей: дочку мы забрали из школы в хорошем настроении и с маленькими подарочками от пытавшихся утешить её товарищей. Через три дня она заговорила, через неделю начала писать, и пришедший через месяц инспектор не нашёл никакой надобности в дополнительных занятиях французским или переводе в коррекционный класс для иностранцев.

А ещё немного погодя комплимент относительно отсутствия у неё акцента сделался привычным для беспечных родителей. И замечательные оценки тоже.

Поэтому родительская тревога как-то поугасла. И страх ушёл.

И даже чековая книжка появилась.

В общем, мечта сбылась.

Оказалось, что её осуществление — это форменный Маркес. Который — помните? — писал:

«Не дай себе умереть, не познав этого чуда — спать с тем, кого любишь».

С «жить там, где хочется», если честно, та же история.

Новости

Где купить фишай - объектив

Вот дурацкая привычка - сначала влезть куда-то, а потом уже подумать. И на этот раз такая же ситуация: сначала поспорил, а теперь думаю как выйти победителем, неохота ведь в дураках остаться. А поспорил

Бады из Японии
Добрый день, друзья! Поговорим сегодня про здоровье и про профилактику заболеваний… Биологически активные добавки к пище или, проще говоря, БАДы прочно вошли в нашу повседневную жизнь. Изначально

Бумажные Крафт пакеты с логотипом
Как известно, в большинстве европейских стран уже давно не используют полиэтиленовые пакеты и другие виды упаковок. Полезная тенденция постепенно входит и на отечественный рынок. Бумажные пакеты крафт

Как с фотографий сделать видео фотошопе
Я долго мучался и не знал, как с фотографии сделать видео в фотошопе. В итоге бросил свою самоуверенность и пошел на ютуб смотреть. Было очень много видеороликов, посмотрел около двадцати и все понял,

Программа на компьютер для обработки видео
Только что отснятый видео материал и готовый, в конечном итоге, смонтированный видеоролик - это далеко не одно и то же. Программа на компьютер для обработки видео - обучающий материал по применению различных

Уроки фотошопа обработка фотографий
Читая статьи о Photoshop, я часто удивляюсь тому, насколько многие авторы усложняют решение по сути простых задач по обработке. Этим страдают и многие «монументальные» писатели, например Дэн Маргулис.

Сайт о куклах
В былые времена куклы обереги служили не только для украшения жилища и детских игр. Они являлись сильными талисманами, отгоняющими дурной глаз, защищающими семью и уют в доме. Куклы играли огромную роль

Интернет магазин игрушек и детских
Прежде всего, открывая магазин детских игрушек нужно помнить что, в основном потребителем ваших товаров станут дети. Поэтому поставщика нужно выбирать надежного, чтобы весь товар был чистый и не содержал

Деньги в долг в николаеве
Каждый хотя бы раз в жизни давал деньги в долг в николаеве, но не получал их обратно. Это обычная история, которая связана с тем, что в России взаймы дают под честное слово, презрев какие-либо бюрократические

Причина утечки мозгов
Нет ничего удивительного в существующих реалиях РФ, огромное количество мозгов утекает за границу потому, что на должностях заседают люди, которые сами ничего разработать не могут, но яросто "заимствуют"

МосГорФото ». Все права защищены.
Использование материалов запрещено.
rss